Финский театр Петербурга (или Pietarin suomenkielinen teatteri, если вы владеете финским) — независимый культурный проект, существующий с 2023 года.
У театра нет постоянной труппы, а многие зрители не говорят по-фински. Постановками занимаются идейная вдохновительница проекта Ольга Миловидова, продюсер Павел Смирнов и Сеппо Кантерво, режиссер и драматург.
«Бумага» рассказывает, как работал Финский театр в Петербурге до революции, почему его решили воссоздать и как он работает сегодня — на фоне конфронтации России с европейскими странами.
Как в дореволюционном Петербурге появился Финский театр
В 1809-1917 годы Финляндия находилась в составе Российской империи, а финский язык был одним из самых популярных в стране. Согласно переписи 1897 года, вне Великого княжества Финляндского на финском разговаривали около 143 тысяч человек. В Петербурге финский язык по популярности был на четвертом месте, уступая только русскому, немецкому и польскому.
Говорили на финском и на сцене: Финский национальный театр существовал в Петербурге с 1872 года. Сведений о его работе мало, но известно, что актеры приезжали в Петербург на гастроли. Перед постановкой коллективы отправляли предлагаемые пьесы петербургским цензорам, которые решали, подходят ли пьесы для постановки.
Именно поэтому в Театральной библиотеке сохранились экземпляры всех пьес, которые Финский театр предлагал воплотить на сцене — всего около 400 произведений. Благодаря этому в 2020-х и появилась идея вновь создать в Петербурге финский театр, воспользовавшись материалом, который хранится в библиотеке нетронутым больше сотни лет.
Ольга Миловидова — филолог по образованию. С 1989 года она занималась развитием первой в Санкт-Петербурге государственной школы с углубленным изучением финского языка. Именно поэтому Театральная библиотека предложила ей разобрать архивы на финском языке.
Ольга Миловидова
арт-директор Финского театра
— В 2021 году мои друзья из Театральной библиотеки попросили посмотреть картотеку Цензурного драматического фонда с пьесами на финском. Я, конечно, согласилась. Работая с картотекой, находила ошибки, хотя было очевидно, что составляли ее люди, владеющие финским языком. И вот тогда для исправления этих ошибок мне потребовались сами пьесы: все четыреста штук. Это, наверное, был тот момент, когда количество перешло в качество. Мы не знаем судьбу этих пьес, ставились они или нет — это тема для отдельного исследования. Я тогда, в результате своих изысканий, сделала классификатор всех пьес.
От государственной организации до репрессий. Судьба Финского театра в Ленинграде
Судьба Финского театра в советской России оказалась печальной, хотя в 1920 году — когда Финляндия была уже независимым государством — институция получила государственный статус. «В свободной России нет более понятия национальностей угнетенных или хотя бы второстепенных…», — говорилось в обращении «Ко всем национальностям России». Театр выбрали как один из основных инструментов для ведения такой пропаганды. Из-за этого в Петербурге появились сразу девять государственных национальных театров: украинский, латышский, польский, финский, еврейский, белорусский, эстонский, башкирский и армянский.
В 1930-х советская политика в отношении национальных меньшинств изменилась. А в октябре 1937 года, после длительных репетиций и подготовки, вся труппа театра собралась, чтобы сыграть премьеру по «Тартюфу» Мольера. Спектакль прошел с полным аншлагом, но успех постановки не помог артистам. «Тартюф» Финского театра стал последней работой труппы — 16 ноября 1937 года 12 из 14 участников труппы были приговорены к расстрелу за «шпионаж».
По словам Ольги Миловидовой, два артиста сумели избежать репрессий: «Они уехали в Карелию. Одна из них стала народной артисткой Советского Союза, Лиза Томберг».
Та же судьба постигла и другие национальные театры Ленинграда. Восстановлению памяти об актерах национальных театров сейчас посвящен совместный проект Миловидовой с Алексеем Малобродским — основателем Театра на Разночинной, бывшим директором «Гоголь Центра».
«Алексей Малобродский инициировал многолетний проект, посвященный реконструкции национальных театров Ленинграда. Работы в этом направлении много: пока мы располагаем точной информацией только о финском театре, предстоит большое исследование. В прошлом году я прошла по всем известным адресам репрессированных финских актеров. Мы не знаем, были ли они реабилитированы. И сейчас занимаемся поисков соответствующих документов в архивах вместе с организацией “Последний адрес”. Если найдем нужную информацию, реализуем проект. И это, конечно, будет наше художественное высказывание», — отметила Ольга.
С чего начался новый Финский театр
Школа, в которой работала Ольга Миловидова, заключила партнерство с городом Турку. В рамках этого проекта проводились обмены учениками и другие проекты, создающие возможности для погружения в культурную среду Финляндии и практическое изучение языка. В марте 2022-го мэр Турку уведомил Миловидову, о том, что сотрудничество прекращается в связи с началом войны в Украине. Тогда Ольга «ушла на пенсию», а вскоре, в январе 2023-го года, реализовала свою задумку с Финским театром.
Сооснователь театра Сеппо Кантерво преподает в Консерватории имени Глазунова, где ведет свой актерский курс. Кантерво родился в Петрозаводске, а образование получил в Ленинграде — он окончил Институт театра, музыки и кинематографии.
Ранее Кантерво руководил Национальным театром Карелии — спектакли там выпускали в том числе и на финском языке. Сеппо работает и как драматург — для Финского театра он создал инсценировку на основе романа Юхани Конкки «Огни Петербурга», широко известного среди ингерманландской диаспоры. Работа Кантерво стала основой для спектакля «Мой дорогой Иоанн» в катакомбах Петрикирхе.
С Кантерво Миловидова познакомилась весной 2022 года, после ухода из школы. Тогда Ольга решила поехать в Карелию. «Я никогда за все эти годы не ездила в Петрозаводск. А с какой стати? Я занимаюсь Финляндией. Я не занималась ни Карелией, ни Ингерманландией. У меня не было внутреннего интереса к этим регионам. Даже стыдно признаться! Мне, петербурженке, ленинградке стыдно признаться, что меня не интересовало ничего дальше собственного носа. Тогда меня пригласили на семинар в школу Элиаса Лённрота, это самая известная финская школа Петрозаводска, и я впервые приехала в Петрозаводск. В то же время Сеппо Кантерво сдавал спектакль со своим курсом студентов-актеров из Финляндии. Я туда пришла, посмотрела работу и поняла — надо делать Финский театр», — рассказала она.
К концу лета 2022-го Сеппо Кантерво решил перебраться из Петрозаводска в Петербург, где и присоединился к проекту Миловидовой.
История нового Финского театра началась с интерлингвистической лаборатории в Театральном музее. После опен-колла для участия в ней набрали 17 участников — петербуржцев, никогда не говоривших по-фински, но решивших попробовать себя в чем-то новом. Так и появился спектакль, с которого начался новый Финский театр.
«Мы выбираем короткие произведения, которые можно сыграть за непродолжительное время, потому что актеры долго на финском языке говорить не могут. Пока мы еще ни разу не смогли сыграть без подложки, без текста. Текст у нас вписан в формат: мы взяли книгу и просто ее читаем. Похоже на домашнее чтение водевилей», — описала работу над спектаклями Миловидова.
Сотрудничал Финский театр и с петербургским театром «Особняк», где Сеппо Кантерво вместе с Ольгой Миловидовой выпустили спектакль-лекцию по истории дореволюционного Финского театра в Петербурге.
Ольга Миловидова
арт-директор Финского театра
— В Театральной библиотеке все пьесы дореволюционные. «Сватовство» у нас 1895 года. «Собрание булочников» — 1905—й год. И еще в планах пьеса, которая была цензором запрещена. Ее написали на актуальную тогда (и, я думаю, всегда) тему о рекрутских наборах. XIX-й век, отмена крепостного права, 1860-е годы, Ингерманландия. Вот такое время, такой исторический поворот. Интересно, что по жанру эта трагедия, но музыкальная. Мюзикл с грустным концом.
«Это сообщество, клуб». Почему Финский театр работает именно в таком формате
Главной особенностью Финского театра остается использование финского языка, говорит Миловидова: «Мы выбрали язык как средство, которое позволяет нам интегрироваться и расширять диапазон межкультурной коммуникации».
В качестве основного принципа создатели театра опирались на метод «чужого языка во рту»: теорию, подробно описанную в диссертации финского профессора Тиины Сюрья. Она предполагает, что зрители и занятые в спектакле актеры не владеют тем языком, на котором идет постановка. В таком случае важнее всего то, как именно актер произносит свои реплики. В свою очередь, зрители считывают и расшифровывают происходящее на сцене, опираясь на свои ощущения от увиденного, на особую химию между актерами.
Ольга Миловидова
арт-директор Финского театра
— С 1990-х годов Финляндия занимается постановками спектаклей на не изучаемом языке. Это обязательное задание для студентов в театральном институте.
Постоянной труппы у театра нет. Вместо нее — чат в телеграме с энтузиастами, актерами и участниками предыдущих проектов, которым в любой момент может прилететь вопрос: «Готовы?» Так и набирается актерский состав. Хотя есть и постоянные участники, говорит Миловидова: «Например, мы работаем с финской актрисой, которая к нам каждый год приезжает. Она ученица Сеппо. Ждем ее весной, когда у нас будет третья лаборатория».
Сейчас у театра нет постоянного финансирования и возможности получать гранты. Несмотря на это, Финский театр существует — как дружеское сообщество людей с общими ценностями, говорит Миловидова.
«Это сообщество, клуб. Он возник стихийно. Живи мы в Финляндии, мы бы уже создали общественную организацию, клуб друзей Финского театра. Были бы членские взносы, мы почувствовали бы себя независимо и выдохнули. Но на сегодняшний день у нас нет инвесторов и спонсоров. Есть только продажи билетов», — пояснила идейная вдохновительница Финского театра.
Зачем театр устроил в Петербурге «Финские салоны»
Несмотря на финансовую нестабильность, театр продолжает жить, а его создатели готовят новые проекты и строят планы на будущее. Например, 25 февраля в «Резиденции А.В. Соловьева Дом Ангелов» состоялась премьера в новом музыкально-речевом формате. Мероприятие назвали «Финский салон» — это отсылка к культуре дачных вечерних салонов, которые были популярны на рубеже XIX и XX веков в поселках Терийоки, Келломяки и Куоккола (сегодня мы знаем их как Зеленогорск, Комарово и Репино).
«Алексей Рыбаков, молодой пианист из Петербурга, уехавший в Финляндию 2022-м, уже несколько лет проводит свои салоны в особняках и имениях. На разных площадках, где люди могут прийти, отдохнуть, послушать музыку, обменяться чем-то, выпить чашечку кофе, съесть что-нибудь вкусное. Вот такая история. Мы решили сделать такую программу в Петербурге. Планировали финский салон с прошлого года. И вот настал день премьеры», — пояснила Миловидова.
На вечере прозвучали финские фортепьянные пьесы и произведения поэтов Серебряного века. А 28 февраля новое мероприятие провели в «Доме Финляндии» на Большой Конюшенной. В этот день Миловидова читала «Калевалу», а Рыбаков исполнял джазовые фортепианные миниатюры Ииро Рантала.
Что еще почитать:
Почему Петербургу нужен музей ОБЭРИУ? Соосновательница проекта Юлия Сенина — о первой выставке в квартире Введенского и актуальности абсурда.
«Это заведение открывалось в другом мире. Того мира больше нет». Основатель «Футуры» Илья Литвяк — о закрытии любимого многими петербуржцами бистро.
В бывшем фабричном здании открывается «К-30» от создателей Present Perfect. Показываем пространство и рассказываем о нем.
